banners

пятница, 28 июля 2017 г.

Почему советские люди отказались от социализма?

Извлечение из книги "Векторная теория социальной революции".

Россия, 1989-1993 годы

В 1991 году массы добивались и ожидали, прежде всего, улучшения своего материального положения. Из-за этого они и выступали против фактического диктата и привилегий партийных бюрократов и выставляли требования о большей свободе и демократии. Вполне естественным было, что сторонники Ельцина поднимали лозунги: «Долой Горбачева!» или «Долой КПСС!» Нигде, однако, не появились лозунги типа:
«Да здравствует капитализм!» и «Вся власть – буржуазии!»
Рой Медведев,
«Россия после советской эры»

Плакат. Молодым - везде у нас дорога.
Последние пятнадцать лет XX века были ознаменованы многочисленными мирными революциями в странах Восточной Европы, главная из которых по своему геополитическому значению, безусловно, это революция в СССР, распад Советского Союза, приватизация социалистических предприятий в России и других независимых государствах на постсоветском пространстве.
События эти называют кто «перестройкой», кто «рыночными реформами», а кто и «катастройкой». Мы полагаем, что в системе координат пространства политических идей эти государственные перевороты можно назвать либеральными революциями. На начальном этапе – демократическими революциями. Векторы этих «бархатных» революций, произошедших в разных странах, были направлены в первый момент в сторону усиления демократии, а затем переориентировались преимущественно вдоль оси абсолютных ценностей в сторону либерализма. Уровень демократии и эгалитаризма сохранялся в этих странах постольку, поскольку воплощение этих политических идей обороняло завоевания либерализма (права граждан богатеть, передвигаться по планете, свободно выражать свои мысли) от многочисленных сторонников прежнего этатизма, которых во всех социалистических странах за время их существования было воспитано очень много.
В ходе быстрого перемещения государства в пространстве политических идей каждый гражданин в какой-то момент ощущает, что в его жизни наступили необратимые перемены. Река времени увлекла его в своем течении за точку невозврата. Человек с удивлением видит и начинает осознавать, что мир вокруг изменился, пути назад нет, надо приспосабливаться к новым условиям. В каждой семье происходит своя революция после рождения первенца или смерти родителей. Этот своеобразный Рубикон или «сожжение мостов» каждый человек ощущает по-своему, и для каждого именно этот момент является «революцией». Для бенефициаров либеральной революции жизнь становится заметно приятнее: можно выезжать на отдых за границу, можно заниматься торговлей и прочим бизнесом, которые «до революции» были криминалом – спекуляцией и фарцовкой, можно читать книги ранее запрещенных писателей и покупать ранее недоступные товары – иностранные автомобили или телевизоры и т.п. Всегда найдутся и терпящие лишения в результате революции. Кто-то утратил высокооплачиваемую командную должность вследствие сокращения армии или ликвидации райкомов партии; кто-то лишился работы по специальности, поскольку новый хозяин предприятия решил, что вместо проектного института в здании целесообразнее разместить торговый центр; кому-то обидно, что имя вождя всех пролетариев, которое он всю свою трудовую жизнь славил с лекционной кафедры, исключено из топонимов.

Ельцин на танке
Рис. 5-5. Борис Ельцин на танке,присланном ГКЧП
для охраны Белого Дома, в окружении телохранителей
и журналистов (19 августа 1991 года)
azbuker.ru - Backlink Продажа книг. |  saleonn.ru - Backlink Определение - фенотип. Книга про революции. |  index.woorank.com - Backlink Слово - капитализм. Блог про мирные революции. |  66.ngsdo.ru - Backlink Блог про мирные революции. Определение - ортодокс. |  tashkent.avizinfo.uz - Backlink Определение - риатор. Блог про революции. |  almaty.freeads.kz -  Слово - деспотия. Книга про мирные революции. | 

Этот ключевой момент истории, дающий впечатление революции, связан с одним общим или с особенным для каждой категории граждан историческим событием. В России многие называют апофеозом демократической революции дни путча 19-21 августа 1991 года. Некоторые считают ключевым моментом революции демократические выборы 1989-1990 годов. Есть и те, кто уверен, что революция началась с «отпускания» розничных цен в начале 1992 года или с издания указов о порядке приватизации государственных предприятий и выпуска «ваучеров».
Перестройка в СССР (1985-1991) и последовавшие за ней конституционные реформы в странах СНГ (1992-1993) являют собой характернейший пример мирной революции, инициированной «сверху», но затронувшей, разумеется, всех граждан бывшего СССР. В России разгар демократического этапа этой революции пришелся на 1989-1990 годы, затем последовал либеральный этап. В качестве инициатора революции выступила контрэлита, основными движущими силами являлись советские антикратики, плохо себе представляющие цели осуществляемой их руками революции. Бенефициарами революции стали политические карьеристы и новые собственники ранее общенародного или партийного имущества. В числе эпитектиков, как водится, оказались революционеры-романтики и многие пассионарные бунтовщики, реформаторский энтузиазм которых использовался будущими бенефициарами на первом, демократическом этапе революции.
Напомним читателям подробности хода этой мирной революции, её главные результаты. Перестройка в СССР, инициированная с самого верха руководителями КПСС, и последовавшие за нею политические события в России, которые привели к изменению границ страны, структуры государства, новым общественным производственным отношениям, хотя и не способствовали развитию производительных сил, – это ли не революция? По каким осям политического пространства государство совершило скачок, если совершило? В чем причины этой революции ?
Конечно же, не отсутствие демократии душило и угнетало россиян накануне революции. Но так ли велико было угнетение общества? Превысило ли угнетение предел долготерпения советских граждан? Вряд ли!
Сопоставим политические и экономические условия до и после перестройки. Сразу обнаруживаются любопытные вещи. Ни равноправия, ни демократии в результате этой революции у россиян не прибавилось. Теперь-то, спустя два десятилетия, мы сообразили, что воплощение в жизнь этих идей целью революции и не являлось. А в разгар событий нам никто этого не подсказал. Целью революции 1989-1993 годов не было ничего полезного для народных масс. Но получилось так, что, добиваясь своих целей, политические карьеристы не могли не переместить общественно-политическое устройство России скачком в направлении демократии, а также по оси безусловных ценностей в направлении либерализма. Точно так же, как в 1215 году английские бароны, достигая своих корыстных целей, в качестве второстепенного следствия закрепили права купцов и горожан. Ведь без них они своих целей добиться не смогли бы.
Всем ли ясно, что в результате революции у каждого россиянина свободы прибавилось? Если сравнить правовое и экономическое положение советского гражданина и гражданина Российской Федерации после 1993 года, то легко установить, что у россиян возникло право богатеть и передавать нажитое по наследству, при этом в качестве собственности могут теперь выступать не только сельские домики, но и средства наживы – предприятия, пакеты акций. Сегодня россияне в сравнении с жизнью в СССР достаточно свободно перемещаются по миру, работают в иных странах, приобретают там имущество. Есть сегодня и другие практически достижимые политические, экономические и культурные свободы, но вот реализовать свою свободу каждый может в силу достигнутого им уровня «равноправия». Если до революции каждый мог реализовать тогдашний меньший объем свободы в зависимости от уровня своего «советского равноправия», определяемого принадлежностью к партхозноменклатуре, то сегодня каждый может реализовать свой значительно возросший объем свободы в зависимости от уровня своего «равноправия», определяемого толщиной кошелька. В этом и только в этом заключается и цель, и окончательный результат революции: от гегемонии партхозноменклатуры к диктатуре рубля. Элементарный анализ показывает, что уровень равноправия после революции снизился. Гегемония партхозноменклатуры, оказывается, была существенно слабее нынешней гегемонии рубля. Снизился и уровень демократии. Любой, кому сегодня больше сорока лет, это подтвердит.
Возможно, кому-то уровень равноправия в России не нравится, и он хочет уровень равноправия изменить. На что можно опереться в попытках увеличить уровень равноправия? Только на демократию! К сожалению, нынешнее состояние демократии повысить уровень равноправия не позволяет. При сегодняшней «демократии» те, которые «равнее», не позволят остальным покуситься на их «большее равенство». Ведь уровень их «равенства» определяется уровнем доходов, а от своей копейки, как уже мы отмечали выше, никто из элитариев по доброй воле не откажется. Жадность побеждает разум! Более того, они спят и видят возвращение сословности в наше общество, цензовости – в выборы. Мечтают о контрреволюции – перемещении еще дальше назад по осям равноправия и демократии. Ну, пусть не контрреволюции, а хотя бы реставрации. Последние десятилетия это подтверждают. Залогом приращения равноправия является только увеличение демократии. Запомним это.
На коротком отрезке революции демократия была включена. Выборы в 1990 году были самыми демократичными в мире. После этого демократия была свернута, и мы вернулись по оси демократия-деспотия примерно в то же место, где были и до революции. Проекция вектора на ось источников права сначала была позитивной, затем негативной. В целом вектор демократической революции оказался нулевым. Это обстоятельство требует более подробного обсуждения.
В России, как многонаселенной и обширной по территории стране, демократия может быть только представительной. Следовательно, демократии у нас будет тем больше, чем большее число граждан получит своих представителей в каждом представительном органе власти от Государственной Думы до Муниципального совета. Но этого недостаточно. Важно еще и то, чтобы не было никаких других мест, откуда бы государством управляли помимо воли наших представителей, то есть, в конечном счете, помимо нашей воли. Надо добиться, чтобы все остальные структуры государства исполняли бы лишь то, что в законах предпишет им народ через свои представительные органы разных уровней.
Если с такими мерками подходить к оценке нашего положения на оси демократиядеспотия, оказывается, что никакого продвижения по этой оси в направлении демократии в результате либеральной революции в России не произошло. Началась революция как демократическая, а завершилась как либеральная.
Революция 1989-1993 годов состояла из нескольких следующих друг за другом частей, этапов. И процессы, ведущие к революции, стартовали значительно раньше, ещё в годы правления Л.Брежнева, причем, скрытно и лишь в отдельных группах советского общества. Происходило накопление тех сил, которые и осуществили революцию, как водяной пар в нагреваемой герметичной кастрюле рано или поздно срывает крышку. Начальная, подготовительная стадия завершилась перестройкой: партийные руководители и их теневые друзья с толстыми кошельками пожелали узаконить свои накопления, трансформировать сокровища, в том числе «золото партии», в капиталы, приносящие доходы не только самим социалистическим миллионерам, но и их потомству.
Как нам представляется, причиной революции оказалось грубое нарушение руководством КПСС основного закона социализма. После Ленина и Сталина коммунистические вожди все больше мельчали, теряли понимание сути марксизма, хотя и продолжали клясться им на каждом своем партийном съезде. В руководстве партии не осталось никого, кто мог бы хотя бы чуть-чуть приблизиться к пониманию собственной идеологии, продемонстрированному Сталиным в его последней работе «Экономические проблемы социализма в СССР».
Как известно, основной закон социализма заключается в обеспечении максимального удовлетворения постоянно растущих материальных и духовных потребностей всего общества.
Бонзы КПСС забыли, что по их собственной идеологии социалистические законы действуют объективно. Следовательно, объективно действует и основной закон социализма. Следовательно, объективным является и возрастание потребностей человека. Причем, не только духовных, но и материальных.
До середины шестидесятых годов прошлого века удовлетворение потребностей советского человека еще поспевало за возрастанием его потребностей. С одной стороны, советские люди воспитывались в аскетических условиях послевоенной «разрухи», пути к сытой жизни были разрушены врагами, и теперь все люди самоотверженно восстанавливали экономику. С другой стороны, не многим советским гражданам удавалось побывать за «железным занавесом», сравнить жизнь в потрепанных войной Франции, Англии, Западной Германии с жизнью людей в Смоленской или Новгородской области. В-третьих, советские люди соглашались, что на данном этапе удовлетворение их потребностей максимально возможное. Внешние объективные обстоятельства не позволяют удовлетворять их потребности в еще большем объеме.
А потом удовлетворение потребностей начало отставать от их возрастания. В брежневском ЦК этого обстоятельства заметить было некому. Никакие меры к исправлению рассогласования действительности с основным законом социализма никто не предпринимал. За весь послевоенный период и без того скромная доля производства продуктов потребления только еще больше сократилась с 27% до 26%. государство продолжало строить домны, станки и прокатные станы вместо того, чтобы хоть чуть большую часть средств направить на производство колбасы, телевизоров и автомобилей. Старцы из политбюро помнили голодную жизнь двадцатых годов и не могли понять, что для более молодых поколений советских людей точка отсчета давно изменилась. Для них возрастание потребностей уже означало не отсутствие голода, а присутствие «колбасы» (причем, разных сортов) на прилавках магазинов. «Колбаса» в данном случае олицетворяет разнообразие всяких продуктов потребления.
Давайте задумаемся, а что такое максимальное удовлетворение в формулировке основного закона социализма? Если мы считаем, что максимальное удовлетворение означает удовлетворение лучшее чем в других странах, то, пожалуй, никакого «нарушения» и не было. Потребности советского народа удовлетворялись лучше, чем любого другого народа на планете! Но только если рассматривать весь народ в каждой стране. Мы уж не говорим о странах третьего мира. Уровень ВВП на душу населения в СССР соответствовал уровню Италии, вполне развитой капиталистической страны. Удовлетворение потребностей всего советского народа к семидесятым годам прошлого века уступало только удовлетворению потребностей среднего класса, а вовсе не всех жителей капиталистических стран, входящих в «золотой миллиард». Так в чем же дело?
Все законы капитализма и социализма сформулированы из рук вон плохо. Их формулировки совсем не похожи на формулировки законов естественных наук или математики. Давайте более качественно сформулируем основной закон социализма: если социалистическое государство не будет обеспечивать максимальное удовлетворение постоянно растущих материальных и духовных потребностей всего общества, то народ (все общество) устроит антисоциалистическую революцию.
Какой же вывод можно сделать из анализа этой правильной формулировки? Вывод простой: важно не объективное удовлетворение потребностей народа, а ощущение народом удовлетворения его потребностей.
К началу восьмидесятых годов прошлого века советский народ потреблял продуктов питания почти на уровне научно обоснованных норм. По каким-то (яйца, сахар, хлеб…) продуктам чуть больше нормы, по каким-то (мясо, овощи…) – чуть меньше нормы. На колбасу отдельной медицинской нормы не существует. Но ведь кто-то внушил советскому народу, что он испытывает неудовлетворенность своей потребности в колбасе. Кто-то внушил советскому народу, что он не испытывает удовлетворения и по другим аспектам: в путешествиях, в порнографии, в чтении, в заграничных сигаретах…
Да, КПСС проиграла идеологическую войну! Виноват в этом Суслов и его последователи. При объективном полном превосходстве в удовлетворении потребностей советского народа перед любым (всем) народом любой другой страны, субъективно у советского народа было создано ощущение проигрыша по этому параметру. Было создано ощущение «немаксимального» удовлетворения возросших потребностей советского народа. Было создано ощущение нарушения основного закона социализма в нашей стране.
По государственной идеологии СССР действие законов социализма так же объективно, как и действие законов капитализма. Нарушение законов капитализма по этой идеологии приводит, должно приводить к революции. Неужели так трудно было понять, что и нарушение основного закона социализма должно привести к революции? Кому-то для этого действительно не хватало ума. А кто-то позже признавался, что он сознательно вел дело к революции. А способ доведения до революции совершенно прост: нарушить основной закон социализма – перестать максимально удовлетворять растущие потребности советских людей и при этом постоянно демонстрировать народу эти нарушения (а то еще не заметят) – и революция придет. И она пришла.
Революция длилась не один день и даже не один год. Если включить и «перестроечный период», то революционное время можно ограничить 1986 – 1993 годами.
Вывод из «тени» советского бизнеса начался с узаконения производственных кооперативов, которые явились основной организационно-правовой формой легализованной предпринимательской деятельности в СССР, и кустарного промысла, в том числе и в интеллектуальной сфере. В ноябре 1986 года был принят закон СССР «Об индивидуальной трудовой деятельности», разрешивший гражданам и членам их семей параллельные заработки в свободное от основной работы время (частный извоз, репетиторство и пр.), а 5 февраля 1987 года Совет Министров СССР издал постановление «О создании кооперативов по производству товаров народного потребления». Согласно данному постановлению, использование наёмного труда в кооперативах не допускалось. В мае 1988 года принят закон СССР «О кооперации в СССР», не только разрешивший кооперативам заниматься любыми не запрещёнными законом видами деятельности, в том числе и торговлей, но и предусматривающий «уравнительную» меру – прогрессивное налогообложение доходов кооператоров. А в июле 1988 года Девятнадцатая конференция КПСС принимает решение о созыве Съездов народных депутатов (НД), как решительной меры по демократизации советской политической системы за счет восстановления полновластия Советов, утраченного в условиях узурпации государственных функций партийными органами.
В это же время в СССР была проведена идеологическая подготовка населения к борьбе с ортодоксами из КПСС за реальную власть и к смене общественно-экономической формации. Этот этап проходил под лозунгом: «Вся власть – Советам!». Именно тогда и произошло «включение» демократических механизмов. Вектор революции протянулся в пространстве политических идей в сторону демократии (рис. 5-6). На этом этапе контрэлита и революционеры идут рука об руку – КПСС мешает и тем, и другим, но по-разному. революционеры-романтики в борьбе с КПСС готовы идти до конца. Не только вплоть до люстрации функционеров КПСС после победы, но согласны погибнуть вместе с КПСС, взорвав и их, и себя одной гранатой. Контрэлита и революционеры-прагматики до конца идти не согласны, ведь они сами все – плоть от плоти КПСС. На каждом промежуточном этапе их главная задача – не потерять свои ведущие позиции. Ретроспективно это легко прослеживается. Контрэлитарии в любой момент готовы отступить, свернуть с пути, даже отказаться от борьбы, если появляется опасность потерять достигнутые позиции. Причем, как на системном уровне действий контрэлиты в целом, так и на персональном уровне каждого отдельного контрэлитария. Достаточно вспомнить позорное покаяние Ельцина, в результате получившего плевок: «Борис, ты не прав!»; или его отказ баллотироваться на пост Председателя Верховного Совета СССР. Они готовы на все, лишь бы удержаться в номенклатуре, в элите. И вот они выталкивают на передний план борьбы искренних романтиков-пассионариев, прячась за их спинами.
Общими усилиями контрэлиты и антикратиков задача была блестяще решена. Первый этап завершился триумфальным созданием Съездов НД СССР и РСФСР, других демократических Советов, где влияние ортодоксов оказалось исчезающе малым. На Первом Съезде НД СССР Б.Ельцин произнес слова: «Власть по праву должна принадлежать народу в лице его высшего законодательного органа, то есть Съезду народных депутатов». Какой панегирик демократии! Как быстро он откажется от своих слов. На этом же Съезде депутат Ю. Власов, писатель, очень правильно сказал: «Демократия также реально кормит, одевает, как и экономика». В частности, поэтому направление движения государства в политическом пространстве в сторону демократии является позитивным направлением. Этой простой истины и сейчас почти никто не понимает.
Появление в системе власти Съездов НД было поддержано всеми. Лозунг XXVII съезда КПСС: «Больше демократии, больше социализма – не критиковал никто. Ни народ, ни многомиллионная армия членов КПСС, ни даже ортодоксы из КПСС и уж, тем более, ни антикратики. Энтузиазм масс не был искусственным. Народ видел положительную динамику, а она действительно была, искренне верил, что все делается на пользу народным массам, и был готов двигаться дальше.
Про романтический революционный подъем на Первом Съезде НД СССР так вспоминали его участники, спустя двадцать лет.
В. Алкснис, полковник, радиоинженер: «Мы были романтиками. Предполагалось, что, наконец, мы получили свободу, что, наконец, соберемся, что мы, самые умные, знаем, как нужно делать, и мы сейчас проголосуем, примем законы, которые нужны стране, и как-то все само собой решится».
В сентябре 1991 года В. Алкснис был одним из немногих, кто протестовал против самороспуска Съезда НД СССР, сравнив его с разгоном большевиками Учредительного собрания в январе 1918 года.
С. Васильев, один из самых молодых НД, комсомольский функционер из Тюмени, журналист: «Если бы кто-то предположил тогда, что именно эти серьёзные люди в сентябре 1991 года бездумно-дружным голосованием (2239 против 43) фактически упразднят Советский Союз, а затем по-тихому смоются, сложат полномочия, исчезнут, как дым, никто бы и не поверил».
У романтиков и карьеристов была общей одна главная цель: свалить КПСС. Но ни у тех, ни у других эта цель не была единственной. Частично совпадали и другие, вторичные цели: частная собственность, рыночная экономика… А частично эти, другие цели романтиков и карьеристов не просто не совпадали, в чем-то они были противоположными. Вместе с тем, грандиозность главной цели и вторичность остальных целей (они не могли быть достигнуты прежде достижения главной цели) не позволяли романтикам разглядеть антагонизм своих целей и целей карьеристов. Да к тому же карьеристы до последнего момента скрывали свои истинные цели. Не провозгласили они этих целей и до сих пор. Всегда карьеристы говорили и продолжают уверять сейчас, уже став элитой, что они собираются свалить (свалили) КПСС для того, чтобы построить демократическое государство, правовое государство.
По мере того, как страна двигалась от этатизма к либерализму, и все больше финансово-экономических рычагов попадали под контроль контрэлиты. революционеры-романтики становились обузой для нового истеблишмента. И от революционеров избавились довольно быстро, развернув вектор революции от демократии к деспотии. Заговорили танковые орудия, народные же массы безмолвствовали в растерянности.
Вполне ожидаемый и закономерный поворот управляемой истории. Если уж малограмотные франкские путчисты 1300 лет назад опирались на народное собрание, дабы узаконить смену монарха, то почему бы и в XX веке хорошо знающим исторический материализм партийным работникам не применить в качестве социального тарана демократию? А ведь после взятия крепости таран уже не нужен – лишняя обуза! Таран всегда остается за разбитыми воротами крепости.
Летом 1990 года лозунг «Вся власть – Советам!» тихо свернут, но пока еще не критикуется. Усиленно пропагандируется ложно трактуемый лозунг о разделении властей, о необходимости усиления власти исполнительной, ее «демократизации» всенародным избранием президентов и мэров–губернаторов. Готовится поворот к деспотии, но этого никто не замечает. Еще до избрания Президентом Б.Ельцин на III Съезде НД России добивается чрезвычайных полномочий для Верховного Совета и его Председателя, а на IV Съезде говорит о необходимости укрепления всей вертикали исполнительной власти. Именно «вертикализация власти», подчинение всего и вся этой «исполнительной» вертикали и есть заветная цель карьеристов, и есть поворот от демократии к деспотии. Но деспотии, охраняющей либеральные завоевания тех карьеристов, которые выразят свою покорность деспоту.
В августе 1991 года неудавшаяся попытка ортодоксов сохранить СССР простимулировала обратное – окончательный распад Союза, образование новых государств в наспех прочерченных границах. Главное было достигнуто: местные богачи могли начать процесс легализации своих сокровищ, превращения их в капитал путем ограбления всего остального населения, начать контрреволюцию – движение вспять по оси равноправия. Сегодня они на этом пути добились невиданных успехов: 10% населения владеет 89% богатств страны, а 1% – 75% богатств. Остальные 130 млн россиян не разбогатели.
Противников «обвальной приватизации» не только в КПСС, но и среди депутатов Съезда (революционеров) оставалось довольно много. Вместе с тем, необходимость приватизации была признана всеми, и взвешенный закон «О приватизации», не предусматривающий уход от равноправия, был принят в России уже летом 1991 года еще до путча ГКЧП. И союзным, и Российским депутатам-революционерам синхронно с приватизацией следовало бы подумать о создании плана нового государства.
Как теперь очевидно, именно это – своевременное непринятие новой Конституции – оказалось роковой ошибкой, не причиной, но поводом для отобрания власти у народа в лице его представителей – депутатов.
Понимая сложность удержания власти, которую карьеристы уже вырывали из рук романтиков, под руководством Председателя Верховного Совета Б.Ельцина было принято постановление о недопустимости неконституционных попыток использования вооруженных сил при решении политических вопросов. В зале заседания словно бы витали тени Иоанна Безземельного и английских баронов, дружески обнявшихся сразу после подписания Хартии. Именно неконституционное использование вооруженных сил для решения политического вопроса и принесло победу Б. Ельцину в 1993 году, окончательную победу – либеральной революции и антидемократической, и отнявшей равноправие у граждан контрреволюции. Да, воистину, политика – грязное, циничное, лживое и вероломное дело.
При внимательном рассмотрении оказывается, что одно и то же событие несет в себе и революцию и контрреволюцию. Правильная теория позволяет закономерно объяснить то, что без применения этой теории кажется необъяснимым, парадоксальным. Если построить вектор переворота (поэтапной конституционной реформы) осени 1993 года, то его проекция на ось либерализма будет позитивной, а проекции на оси демократии и эгалитаризма – негативными (рис. 5-6).
Смешными выглядели на фоне сентября 1993 года робкие и неловкие попытки старой советской элиты оборонять устои СССР в августе 1991 года. Именно неудавшийся «путч» ГКЧП позволил политическим карьеристам достичь таких умопомрачительных успехов, на которые они до 22 августа 1991 года даже и не рассчитывали. Именно путч позволил им отнять у народа так много, отхватить такой большой кусок от равноправия.
Давайте спокойно и беспристрастно посмотрим назад, на период с 1985 года по август 1991 года. Решая свои задачи, политические карьеристы вынуждены были улучшать жизнь народа, двигать страну в правильном направлении в политическом пространстве. До августа так и было. Почему? Потому, что сопротивление КПСС этим переменам требовало от политических карьеристов искать себе союзников. Без союзников они КПСС свалить не смогли бы, также как бароны не смогли бы без ремесленников, горожан и купцов принудить злосчастного принца Джона (уже ставшего королем Иоанном!) подписать Хартию.
С другой стороны, позиция КПСС раньше давала бунтовщикам и романтикам ориентир: если КПСС говорит «нужно направо», значит нужно налево. революционеры 80-х годов в России действовали от противного. Своего ума ни у романтиков, ни у бунтовщиков никогда не было. И вот КПСС в одночасье пропала. Общая главная цель достигнута, и карьеристам союзники больше не нужны, а романтики и бунтовщики полностью дезориентированы, облапошить их теперь ничего не стоит. Теперь их как союзников можно «кинуть», а как противников – оклеветать и затем подавить силой. Так и произошло. Этого наверняка не случилось бы, если бы КПСС просуществовала хотя бы еще два-три года. А она наверняка просуществовала бы, не сыграй на руку карьеристам нелепый августовский путч!
Уже в декабре 1992 года лидер новой элиты президент Б.Ельцин объявил войну демократии, заявив: «С таким Съездом работать стало невозможно. Или я, или они». А ведь это тот самый Съезд, который совсем недавно избрал его Председателем Верховного Совета, сделал Президентом и разрешил издавать указы, противоречащие законам… Может быть, все депутаты в одночасье изменили свои политические взгляды, из бунтовщиков-реформаторов трансформировались в замшелых консерваторов?

Векторы перемещения государства в России в 1989 - 1993 годах
Рис. 5-6. Траектория перемещения государства в России (1989-1994 годы).
В целях упрощения даны только результирующие проекции векторов на плоскость,
ограниченную осями либерализма (L) и демократии (D).
На рис. не показано, что с 1992 года имело место и перемещение
в сторону исключительности.
Векторы: 1 – 1989-1991 годы, 2 – 1992 год, 3 – 1993-1994 годы.



Вот слова Б.Ельцина, сказанные им на Седьмом Съезде: «Съезд за восстановление тоталитарной советско-коммунистической системы, проклятой собственным народом». Никаких оснований для таких беспардонных обвинений не было никогда. Никто никогда не привел ни одного факта, подтверждающего не только реваншистскую политику Съезда, политику реставрации «тоталитарной советско-коммунистической системы», но даже и политику хоть какого-то противодействия реформам. Съезд не только всегда подтверждал свою приверженность реформам, но и на деле доказывал ее до самого разгона.
Не в противодействии реформам было дело. Съезд – олицетворение демократии в стране. Съезд – гарант сохранения достигнутого уровня равноправия. Самоё существование Съезда как высшего, никому кроме народа не подотчетного государственного органа, состоящего из народных представителей, стало препятствием для осуществления контрреволюции. Безудержное обогащение отдельных «новых элитариев» трудно представить себе в условиях российской демократии и гласности образца 1991 – 1993 годов. Вспомните, фантастически обогатились они только после 1994 года, главным образом в 1996–1998 годах. Ждать до весны 1995 года, когда полномочия депутатов истекут, у политических карьеристов не хватало терпения. И с «этим Съездом» нужно было покончить раньше. И покончили. И свершился акт контрреволюции – перемещение вспять от равноправия и демократии к исключительности и деспотии. Но этим актом дело не закончилось. Выключив демократию, бенефициары расчистили себе дорогу к реставрации. Вот уже четверть века страна идет по этой реставрационной дороге. И конца-края этому спуску не видно!
Мы должны понять раз и навсегда: если демократической революцией руководит контрэлита, то, кто бы ни выступал в роли движущих сил революции, пусть даже самые неистовые антикратики-демократы, движение государства в сторону демократии будет лишь до той поры, пока демократия служит целям ниспровержения старой элиты. Об этом напомнил своим сторонникам Р.Эрдоган в 1997 году, процитировав агрессивное суфийское стихотворение, в котором есть строка, взятая эпиграфом к настоящей главе: «Демократия – это лишь поезд, с которого мы сойдём, как только достигнем цели». В то время радикальный политик получил от властей светской Турции за эту исламистскую декламацию десять месяцев тюрьмы и пожизненный запрет политической деятельности, что, как видим, не помешало ему чуть позже занять высшие посты в турецком истеблишменте. Для лидеров недемократических стран демократия – это точно не великая цель, а всего лишь преходящее средство. Вы наверняка уже слышали эту фразу: «демократия не цель, а средство». Вспомните, пронзая мыслью историю от древности до современности, кто и когда ее произносил, и вы, возможно, поймете, зачем он это делал.
После разгона демократических депутатов в сентябре – декабре 1993 года новые элитарии не видели необходимости сохранять демократические традиции. Была принята Конституция новой России, которая зафиксировала положение государства в пространстве политических идей ближе к либерализму, чем СССР, но по другим осям ближе к неравенству и деспотии. демократические институты обрели декоративный характер, а равноправие уже и не предусматривалось.
Достижения революции должны были быть закреплены институционально. Именно такой проект Конституции был подготовлен прагматиками, причем, как теперь известно, Б.Ельцин своей рукой добавил авторитарности в уже готовый, уже вполне и так авторитарный текст. На принципе разделения властей в этой Конституции поставлен жирный крест. Для сохранения своего положения элите достаточно периодически решать всего одну задачу – обеспечивать «избрание» нужного президента. Для решения этой задачи они готовы на все, стоит лишь вспомнить 1996 год. Кстати, белое и пушистое НТВ тогда решало именно эту задачу, действуя заодно со всей остальной элитой. Для решения этой задачи они и сейчас готовы на все. Пока задача решается ими успешно…
Провозглашение Конституции России, в декабре 1993 года вступившей в силу, венчает, завершает и революцию, и контрреволюцию. После этого начинается период реализации их достижений. Окончательно закрепился вектор этой революции – от этатизма или социализма в сторону либерализма. Окончательно и обрисовался вектор контрреволюции – от демократии к деспотии и от равноправия к исключительности. Общественное же сознание, похоже, вообще не зафиксировало эти события как контрреволюцию. Однако последующая реставрация лет через десять своего активного действия начала бросаться в глаза даже нашей так называемой оппозиции. «Оппозиция» через десять лет вдруг заметила, что демократии стало меньше. Начинают люди замечать и убывание равноправия, с удивлением взирая на культурные и социальные клише, взятые из XIX века, которые в веке XXI выглядят не просто безобидным анахронизмом, а злым фарсом: подкупность чиновничества, местничество «начальников-лиходеев» в отдаленных краях страны, ряженые патриоты-казаки, устанавливающие стандарты в искусстве и образовании юношества.
Бенефициары революции – они же по большей части и коррупционеры. Издевательством над здравым смыслом выглядят их сегодняшние заклинания о борьбе с коррупцией. Коррупция один из основных источников их доходов. Все законодательство «заточено» именно на получение коррупционной ренты «с должности». Когда-то это называлось кормлением. Как еще можно объяснить тот факт, что наши новые элитарии отказываются ратифицировать 20-ю статью конвенции ООН о борьбе с коррупцией? Их крокодиловым слезам о вреде коррупции можно будет хоть чуть-чуть поверить только после ратификации этой статьи. Хотя бы раз вы видели в прайм-тайм по центральным телеканалам дискуссию о целесообразности применения в нашей стране этого международного документа? Нет ратификации – нет веры! Никакой.
А размещение народных средств за границей за смешные проценты? Это для нас, для народа они смешные, меньше инфляции. Наши бенефициары хорошо выучили слова героя фильма «Свой среди чужих…»: «Это нужно не всем, а одному». Не сомневайтесь, кто-то один (или несколько) свой «маленький» доход с этого имеет. И ведь этот процент с десятков миллиардов долларов капает в его карман каждый год, каждый день.
Пенсионное обеспечение построено так, что бенефициары, имевшие официальные доходы такие же, как у остальных граждан, получают пенсию в разы большую. Напомним, первое, что сделал Б.Ельцин в октябре 1993 года после расстрела парламента – подчинил Пенсионный фонд Правительству.
О плоской шкале налогообложения, введенной в 2001 году, сейчас знают все. Еще один рекорд нынешней элиты! Кому выгодна такая шкала? Конечно, только им, бенефициарам, но никак не народу. По той же причине был отменен налог с продаж – богатые больше покупают, следовательно, и налог с продаж платят больший. Долой такой несправедливый (для богатых) налог!
А закон об уничтожении миноритарных акционеров? В процессе приватизации все-таки образовались миллионы собственников, в основном, бесплатно получивших акции своего предприятия. Это один из элементов продвижения в сторону либерализма и маленькое проявление равноправия. Такого безобразия новым элитариям долго терпеть нельзя! И вот бенефициары разрешили себе увеличивать уставный капитал доставшихся им предприятий. При помощи этого простого механизма 51% акций легко преобразовывался в 99% за счет ограбления миноритарных акционеров, путем их исключения из списков «сохозяев» акционерных предприятий. Этот закон приняли в начале XXI века с подачи «Единой России» депутаты, состоящие в этой партии, доминирующие в российском парламенте.
А избирательное «правосудие»! Принадлежность к бенефициарам гарантирует неприкасаемость, в худшем случае – «домашний арест», а непринадлежность – проблемы…
Этот шорт-лист постреволюционных законодательно-институциональных достижений «реформации» каждый читатель сам может без труда продолжить. Разве к такому «равноправию», к такой «демократии» стремились революционеры конца 80-х годов? Это вехи на спуске от прогрессивных политических идей к идеалам реставрации. И никакие «честные выборы» депутатов сегодня не помогут россиянам исправить положение, ведь граждане России лишены избирательных прав еще надежнее, чем в КПССное время. А это и есть основа законодательного закрепления и развития контрреволюционных успехов главных бенефициаров.
Можно заключить, что мирная демократическая революция в СССР, продолжавшаяся и в России в 1989 – 1993 годах, имела своей целью экономический либерализм, главным образом, для тех, кто при социализме не мог в достаточной мере распоряжаться своими накоплениями и подконтрольными ресурсами. Движущими силами этой революции были контрэлита (второй эшелон партийной бюрократии, лидеры теневой экономики, отдельные руководители крупных предприятий), а также наступавшие в авангарде революционеры и бунтовщики (интеллигенция). Целью авангарда революции являлось свержение монопольной власти КПСС, установление демократического правления. Целью революционеров-прагматиков и контрэлитариев являлись смещение элиты с руководящих постов в политике, экономике, культуре, занятие мест в истеблишменте, обогащение и узаконение присвоенной бенефициарами революции собственности.
В чем причины этой мирной либеральной революции? Ощутимо ли выросло угнетение в СССР в 1980-е годы? Конечно, нет! Влияние Афганской войны ощущалось, хотя и тщательно маскировалось ручными СМИ: многочисленные жертвы этой войны не могли не раздражать население. Экономический и идеологический гнет также был привычен советским людям, прошедшим суровую школу СССР. То и дело вводилось карточное распределение: мука по талонам, книги за сданную макулатуру, шефство преподавателей института над овощебазой – эко невидаль! Тотальное оскудение прилавков продуктовых магазинов произошло не в начале 80-х годов, а именно для возбуждения революционных настроений в начале 90-х. Как мы полагаем, искусственно, по указанию сверху.
Угнетение – вещь субъективная. Ощущениями народа можно управлять. Власть предержащие научились это делать давным-давно. В конце двадцатого века для этого были все возможности. И эти возможности использовались. Причем, не столько газетой «Правда», сколько журналом «Огонек».
Силы принуждения у партийно-бюрократического аппарата в СССР были велики, любые проявления оппозиционности со стороны антикратиков пресекались немедленно. До 1986 года, когда революция началась сверху. Принудительно!
Явно проигравшими в этой демократической революции оказались, на первый взгляд, совсем немногие – отдельные элитарии советской эпохи, крупные партийные аппаратчики. Проигравшими потому, что их убили (довели до самоубийства?), тех, кто много знал или выражал намерение активно сопротивляться «колбасно-демократической» революции. Революция началась совершенно мирно пятилетием «перестройки», во время которого создавалась экономическая и социальная база возрождаемого капитализма в СССР, продолжалась мирно демократическими выборами и политической реформацией всей системы государства вплоть до разделения СССР на суверенные державы. Завершился этот период в истории России контрреволюцией, сворачиванием демократии, установлением давно небывалого и шокировавшего людей неравенства. И вот эта-то контрреволюция уже имеет свой кровавый шлейф. За маем и октябрем 1993 года в течение нескольких лет следовали многочисленные убийства предпринимателей, политиков, журналистов. Тысячи беженцев, русских по национальности и не только, из новообразованных стран заполнили города и села России. Наконец, рост национально-религиозного фанатизма и терроризма в некоторых бывших союзных республиках привел к вооруженным конфликтам народов, ещё совсем недавно хором певших, что они народы-братья.
Бенефициарами мирной революции стали близкие к Кремлю бизнесмены-олигархи и обслуживающие их руководители силовых ведомств, банкиры, высокопоставленные госчиновники и некоторая часть творческой интеллигенции. Бенефициары составляют ничтожную долю населения страны. Примерно две трети населения России живут сегодня беднее, чем они жили бы при социализме, продолжайся он и в XXI веке. Официально признано, что более 22 миллионов россиян к 2015 году очутились ниже черты бедности, то есть 15% жителей России – люмпены, которые даже поддержать свою жизнь не могут без материальной помощи посторонних! В советское время таких людей просто не было совсем. Вряд ли именно о таком результате мечтали революционные интеллигенты-антикратики, восторженно поддержавшие реформы М.Горбачева в конце 80-х годов прошлого века. Ведь большинство россиян – в числе проигравших. Они, миллионы наших сограждан, так или иначе поддержавших демократическую революцию в России, – эпитектики, но, кажется, этого почти никто из них ещё не осознал.



Комментариев нет:

Отправить комментарий