banners

пятница, 29 сентября 2017 г.

Определение демократии

Н. А. Баранов

СОВРЕМЕННЫЕ ТРАНСФОРМАЦИИ ДЕМОКРАТИИ: ВЫБОР РОССИИ

Статья опубликована в 2006 году

Выписка из статьи с комментариями (комментарии выделены курсивом) и обсуждением.

Говоря о демократии, мы, в первую очередь, должны дать определение этому политическому строю. Определений много. Исходя из генетического корня этой политической идеи, представляется разумным, лаконичным и достаточным сказать так:
Демократия – это политическая идея, предусматривающая, что источником государственной власти являются все граждане данной страны, и все они не только вправе управлять государством, но имеют для этого реальные возможности. Демократический режим – это форма правления, при которой все граждане могут пользоваться равными правами на управление государством.
Демократия означает, что граждане страны вправе периодически направлять своих представителей в законодательный орган власти, имеющий приоритет над всеми остальными властными структурами. Этот представительный (законодательный) орган власти обладает полномочиями принимать решения по вопросам, имеющим общее значение. Вопрос общего значения это такой вопрос, который касается всех или определенной группы граждан. Скажем, к вопросам общего значения можно отнести стоимость проезда на городском транспорте, в том числе, льготный или бесплатный проезд для пенсионеров, детей, инвалидов. Нельзя голосованием депутатов утверждать вопрос о месте и технологии строительства моста через пролив. Подобные вопросы должны решать специалисты.
Исходя из данного выше определения демократии, сразу же следует понимание, как измерить количество демократии в стране. Чем больше граждан получили своих представителей в парламенте, тем больше демократии. Чем больше вопросов общего значения в монопольном ведении парламента, то есть никакие другие чиновники или органы не могут принимать решение по этим вопросам, тем больше демократии.
Заметим, что явка избирателей на парламентские выборы вовсе не показывает, что все проголосовавшие получили своих представителей в парламенте. Но в первом приближении можно использовать и явку, как наиболее простой, хотя и далеко не точный и не достаточный индикатор демократии. И даже этот критерий свидетельствует о весьма малом количестве демократии в России, ведь на муниципальных выборах в Москве (сентябрь 2017) явка опустилась ниже 15%.
А как же определяют демократию корифеи политологии? Вернемся к обзорной статье.

Аристотель. Первый теоретик демократии.
Американский политолог А. Пшеворский называет демократию системой упорядоченной неограниченности, или организованной неопределенности. Эта неопределенность также является той угрозой, которая может стать решающей при определении судьбы демократии. При авторитаризме, а особенно при тоталитарном строе, людям все понятно: кто осуществляет власть, от кого ожидать тех или иных щедрот. В условиях же неопределенности, к которым люди не сразу могут адаптироваться, а некоторые вообще не смогут этого сделать никогда, возникает соблазн возврата к той простой схеме, к которой все привыкли: лидер (вождь) — партия — народ. Система проста и понятна, и это является самой главной опасностью для демократии в странах, вставших на новый для себя путь развития.
Отвечая на вопрос, зачем нужна демократия, американский политолог Роберт Даль выделяет следующие основные факторы:

  • а) избавление от тирании — создание препятствий для прихода к власти жестоких и аморальных диктаторов;
  • б) соблюдение основных прав и свобод — гарантия гражданам тех основополагающих прав и свобод, которые недемократический строй не предоставляет и предоставить не может;
  • в) свобода личности — обеспечение гражданам более широкого диапазона свободы, чем любая иная политическая система;
  • г) самоопределение — предоставление личности максимальной возможности для осуществления свободы самоопределения, т. е. возможности жить по законам, которые личность выбирает для себя сама;
  • д) моральная автономия — максимальные возможности для проявления моральной ответственности;
  • е) возможность развития личности, причем в большей степени, чем всякая иная форма организации общества;
  • ж) защита основополагающих интересов личности — оказание помощи людям в защите своих интересов;
  • з) политическое равенство — способность обеспечить относительно высокий уровень политического равноправия;
  • и) стремление к миру — отказ от войны друг с другом;
  • к) процветание — страны с демократическим правительством имеют большую по сравнению с недемократическими странами тенденцию к процветанию.

Как видим, Р.Даль впадает в крайность, смешивая в кастрюльке демократии множество разнородных достижений цивилизации. Так, свобода личности и моральная автономия были возможны в самой откровенной монархии. При Николае Первом россияне ездили за границу, писали книги, занимались наукой и творчеством.

Общепризнанный показатель демократии — власть большинства.

И это довольно расплывчатый критерий. В современной России 10% населения владеют состоянием, большим, чем остальные 90% жителей. И вы хотите сказать, что это обнищавшие 90% с помощью демократической власти установили такие привилегии для 10% богачей? Или в России нет демократии? Или россияне и их представители большинства такие чудаки?

Проблемы появляются тогда, когда большинство начинает ущемлять права меньшинств. В этих случаях демократические режимы обычно сочетают принцип власти большинства с защитой прав меньшинств. В качестве защиты могут быть использованы различные формы:

  • конституционные оговорки, выводящие отдельные вопросы за пределы компетенции прав большинства (Билль о правах);
  • требования, предъявляемые к доминирующему большинству (конфедерализм);
  • гарантии автономии местных властей от центрального управления (федерализм);
  • создание коалиционных правительств, включающих представителей всех партий (консесуализм);
  • организация переговоров между основными социальными группами и достижение общественных соглашений, например между предпринимателями и наемными трудящимися (неокорпоративизм).

Эффективную защиту меньшинств осуществляют объединения по интересам и общественные движения, которые порождают различные гражданские ориентации, воздействуя, таким образом, на демократически избранных представителей власти.

Демократия предполагает наличие власти открытой и подконтрольной. Особенно это важно в век высоких технологий, когда у власти многократно возрастают возможности получения максимально полной информации о гражданах. Идеал власти всегда состоит в том, чтобы можно было контролировать каждый шаг человека, знать, о чем он говорит и что думает. Теперь с помощью технических средств современные правители демократических государств могут знать о своих гражданах намного больше, чем прежде авторитарные монархи.
Следующей проблемой является рост бюрократического аппарата, в котором власть распределяется сверху вниз, в отличие от демократической системы, где власть делегируется снизу вверх. Согласно Йозефу Шумпетеру, характерной чертой демократического правления является не отсутствие, а наличие элит, конкурирующих между собой в борьбе за голоса избирателей, причем у народа имеется «возможность принять или не принять тех людей, которые должны им управлять»

Важнейшей характеристикой демократии являются регулярные, честные выборы, свободные от манипуляций при подсчете голосов и давления со стороны власти. В период между выборами граждане могут воздействовать на государственную политику посредством групп по интересам, общественных движений, профсоюзов и других добровольных объединений. Эти формы являются неотъемлемой составной частью демократического политического процесса.

Роберт Даль назвал следующие условия, необходимые для существования современной политической демократии:

  1. Выборные власти.
  2. Свободные и справедливые выборы.
  3. Включающее избирательное право.
  4. Право претендовать на избрание.
  5. Свобода выражения своего мнения.
  6. Альтернативная информация.
  7. Организационная самодеятельность.

Политическую демократию, отвечающую этим условиям, он назвал полиархией.

К этим семи условиям Т.Л. Карл и Ф. Шмиттер добавляют еще два.
8. Избранные народом официальные лица должны иметь возможность осуществлять свои конституционные полномочия, не подвергаясь противодействию (даже неформальному) со стороны невыборных официальных лиц. Демократия оказывается в опасности, если военные либо сотрудники государственных учреждений или предприятий имеют возможность действовать независимо от выборных руководителей и тем более накладывать вето на решения народных избранников.
9. Государство должно быть суверенным и действовать независимо от политических систем более высокого уровня.

Как отмечает австрийский либеральный экономист Людвиг фон Мизес, «демократия — это такая форма политического устройства, которая позволяет приспосабливать правительство к желаниям управляемых без насильственной борьбы»
С. Хантингтон считает, что препятствия для демократизации стран можно подразделить на три широкие категории: политические, культурные и экономические. В качестве одного из потенциально значимых политических препятствий он выделяет недостаток опыта демократического правления, что проявляется в отсутствии приверженности демократическим ценностям политических лидеров. Сущность культурных препятствий лежит в отличие великих мировых культурно-исторических традиций по отношению к свойственным им воззрениям, ценностям, верованиям и соответствующим поведенческим образцам, благоприятствующих развитию демократии. Глубоко антидемократическая культура препятствует распространению демократических норм в обществе, отрицает легитимность демократических институтов и тем самым способна сильно затруднить их построение и эффективное функционирование или вовсе не допустить его. В числе главных экономических препятствий демократического развития американский политолог называет бедность, поэтому будущее демократии он связывает с развитой экономикой. То, что мешает экономическому развитию, является препятствием и для распространения демократии. «Большинство бедных обществ останутся недемократическими до тех пор, пока будут оставаться бедными», — заключает американский ученый.
Исследователи не получили доказательств неизбежности, необратимости, исторической необходимости демократии, обязательной функциональной потребности в ней капитализма и соответствия некоему неизбежному этическому императиву в социальной эволюции. «Людей нельзя сделать счастливыми против их воли», — утверждает Людвиг фон Мизес. Характерной особенностью третьей волны демократизации стал не триумф политического либерализма, который констатировал Ф.Фукуяма в 1992 г., а успех «дефектного» варианта нелиберальной демократии.
Немецкие исследователи В.Меркель и А.Круассан определяют «дефектную демократию» «как систему господства, в которой доступ к власти регулируется посредством значимого и действенного универсального «выборного режима» (свободных, тайных, равных и всеобщих выборов), но при этом отсутствуют прочные гарантии базовых политических и гражданских прав и свобод, а горизонтальный властный контроль и эффективность демократически легитимной власти серьезно ограничены».

«Дефектные демократии» становятся таковыми после изменения критериев «демократичности». Так, в XIX в. правом голоса в демократических странах пользовалось меньшинство населения, так как этого права была лишена значительная часть людей по гендерному, этническому, расовому, экономическому и другим признакам. Однако это не мешало называть США или Англию демократической страной. Несмотря на то, что до 1971 г. в Швейцарии избирательных прав были лишены женщины, эта страна, тем не менее, считалась демократической.

Следует заметить, что, не измеряя "количество демократии" в государстве, сложно оценить реальную демократичность режима. Так мы и Римскую республику в древнем мире должны называть демократией, поскольку законы принимал коллегиальный орган – Сенат, и народ имел своих представителей - народных трибунов.

Лишь при изменении критериев демократии, такие страны в конце ХХ столетия стали называть демократиями с прилагательными: делегативная, гибридная, электоральная, нелиберальная, заблокированная, дефектная. То есть повышение требований к демократии приводит к пересмотру критериев, которым должны отвечать демократические режимы.



Революционер – это политик, недовольный системой власти и желающий осуществлять властные полномочия, активно выступающий против существующего в стране устройства власти. Революционеры целенаправленно стремятся к власти и активно желают изменить само устройство, функционирование власти.

Революционная ситуация – это политическая обстановка, предшествующая революции и характеризующаяся массовым революционным возбуждением, включением большого числа людей в активную борьбу против элиты. Революционная ситуация возникает, если в стране один из факторов бунта - риаторов - достиг предела долготерпения народа.

Революция, социальная революция – это заметное позитивное перемещение страны в политическом пространстве за короткий промежуток времени. Производное от лат. revolutio – поворот, переворот.
Позитивное перемещение – это перемещение хотя бы по одной оси политического пространства в направлении либерализма, демократии, равноправия. Коротким мы можем признать промежуток времени в несколько лет, не более пяти.

Видеоинтервью.

Сергей Егоров о том, как создавали книгу «Векторная теория социальной революции» Sergei Egorov talks about how they created the book «Vector Theory of Social Revolution»
Сергей Егоров о том, что представляет собой пространство политических идей Sergei Egorov talks about what constitutes a space of political ideas
Сергей Егоров о том, что авторы подразумевают под термином «революция» Sergei Egorov talks about what object authors of the book mean by the term «revolution»
Сергей Егоров о том, что такое «фрилансизм» Sergey Egorov says that is «frilansizm»
Сергей Егоров о тех, кого может заинтересовать книга «Векторная теория социальной революции» Sergei Egorov talks about those who might be interested in the book «Vector Theory of Social Revolution»


Комментариев нет:

Отправить комментарий